Путешествие с рыбой и лебедем

Тарелкописец из Хеврона прославился сегодня на весь Израиль, попав на обложку "Окон". Скоро повезу ему подарок в виде экземпляра газеты и давно обещанного диска с фотографиями, а пока что желающие могут прочесть под катом удивительную историю еврейско-палестинской дружбы, глубокая мораль которой заключается в том, что "иногда бывает по-другому".




Имад – потомственный стеклодув. На фабрике керамики и стекла в Хевроне, которой в нынешнее время руководит его родственник, работало и продолжает несколько поколений известной в этих краях арабской семьи.
Сегодня фабрика – одно из самых преуспевающих палестинских производств, продающее свою продукцию на территории ПА, в Израиль, а также далеко за рубеж.

Именно их тарелками, чайниками и чашками заставлены полки магазинов арабского рынка в Иерусалиме, Акко, Назарете, именно здесь штампуются керамические плитки с надписями «салям», «брухим абаим» и «храни вас Христос». Именно здесь, в неприметном ангаре, выдуваются затейливой формы вазы, продающиеся потом в Иерусалиме туристам под раскрученным брендом «хевронское стекло».

На фабрику меня, собственно, чуть ли не за руку привел ее владелец, которого я случайно встретила на улице около хевронской мечети. Вначале было неясно, кто из нас больше смущается – я, которую привели в разгар рабочего дня в компанию к стеклодувам и тарелкописцам, или они – не каждый день в этих краях гуляют израильтянки, да еще и с камерой наперевес. Однако выдувать вазочки и расписывать тарелки начали под удобным для съемки углом.

Коммуникабельность и приличное владение английским большинством работников оказались не такими уж странными вещами. Как рассказал один из стеклодувов, им часто приходится общаться с иностранцами, торговать с Израилем и даже бывать в Тель-Авиве. Также «фабриканты» оказались более чем доброжелательными по отношению к евреям – еще бы, ведь Израиль их главный рынок сбыта.

В небольшом помещении расположилось несколько цехов-отсеков: стеклодувный, росписи керамических изделий и мастерские, где тарелки, чашки, колокольчики и т.д. отливаются в формах. Там же рядом стоят печи, в которых раскрашенная посуда, после глазирования, обжигается и приобретает законченный вид.

Сотрудники фабрики - практически все друг другу родственники. На стенах висят фотографии прапрадеда сегодняшнего стеклодува, который открыл небольшой цех, со временем превратившийся в крупнейшее арабское производство Хеврона.



Стеклянные шарики

Из печи, температура в которой достигает 1400 градусов, специальной длинной полой металлической трубкой достают стекло, которое, будучи вязким, наматывается на ее кончик, как сладкая вата. Затем сгустку щипцами придают первоначальную форму и понемногу начинают выдувать, постоянно корректируя ее. Весь процесс изготовления одного предмета занимает пару минут в опытных руках стеклодув. Брак, хоть и есть, но его немного.

После выдувания вазы или бокала, изделие ставят в печь, температура в которой значительно ниже - всего лишь каких-то 400 градусов. Там стекло немного остывает, а затем окончательно охлаждается при комнатной температуре. В общей сложности этот процесс занимает около двух суток.

- Давай я сделаю тебе лебедя, - говорит Имад, зачерпывая трубкой порцию стекла. Какие-то молниеносные движения руками, и вот на конце трубки появилась тушка птицы, голова, хвост, потом взмах трубкой, и у лебедя внезапно выросла шея.

- Иди сюда, сейчас мы сделаем с тобой вазочку, - говорит Имад. Я все еще пытаюсь проследить судьбу своего уже любимого лебедя, чтобы тот не сгинул в печи или ящике со стеклобраком. В руки мне его взять, конечно же, не разрешили, хотя я и пыталась. Подумать страшно, что было бы с моими пальцами, прикоснись я к стеклу, которое только что вышло из печи. Но тогда, глядя на меланжевого лебедя, я о таких мелочах не думала.

- Держи трубку двумя руками. И дуй. Сильно дуй. Еще сильнее.

Я, в общем-то, дую. На втором конце начинает раздуваться огромный стеклянный пузырь, похожий на мыльный. «Вазочка» постепенно начинает становиться не гигантским пузырем (что, в принципе, уже является неплохой концептуальной формой), а каким-то бесформенным, неровным, дрожащим облаком. С горлышком где-то сбоку. Деконструктивизм в чистом виде.

Еще одной интересной деталью является момент откалывания хрупкого предмета от держателя. Пока еще стекло не остыло и не затвердело, на границе его прилегания к металлической трубке Имад делает линию проколов - как прокалывают слоеный корж перед выпечкой. А затем легонько ударяет по трубке, и моя "вазочка" аккуратно и ровно отделяется.

В момент выдувания вазочки я забыла об арабо-израильском конфликте, далеко не стерильной трубке, которой касалась губами, фотоаппарате и впала в совершенно неописуемый, классический женский восторг. Поняв, что без вазочки и лебедя я из Хеврона не уеду, я уже приготовилась разбивать палатку на улице и терпеливо ждать завершения процесса охлаждения или что там еще нужно стеклянному производству.


офф: на самом деле, я не такая пухленькая, это просто так получилось. Извините, не смогла промолчать :)

Керамическая рыба

Пока я обдумывала эту экстремальную идею, мы перешли в цех, где расписывают керамическую посуду и прочие декоративные предметы. Каждый из нас не раз видел их на арабском рынке.

На часть пока что еще неокрашенных тарелок загодя трафаретом наносят контуры рисунка - узоры, сетки, цветы и т.д. На части тарелок ровные линии рисуются на специальной машине. Однако большинство рисунков, в особенности, на выпуклых и вогнутых поверхностях, действительно исполняются вручную, на арабском рынке вас не обманывают. И тем более, вручную же раскрашиваются.
Расписывают керамику на фабрике несколько человек, и все они успевают в день производить невероятное количество изделий – больше сотни каждый.

В керамическом отсеке меня моментально усаживают на свободное место перед рядом баночек с кисточками, выдают экспериментальную тарелку и с интересом смотрят, что я буду делать.

Напротив меня сидит не лишенный обаяния молодой человек, закончивший в Хевронском университете факультет менеджмента и управления. Этот образованный парень, похожий внешне на выпускника Полтавского медицинского университета, расписывает тарелки, которые потом продаются на базаре, и выглядит вполне счастливым.

Краски в баночках - непривычно жидкие. После глазирования и обжига, все они меняют цвет до неузнаваемости. Сырая расписанная тарелка выглядит тускло и некрасиво. Однако спустя буквально пару дней она перевоплощается - популярная кобальтовая и другие краски становятся яркими и насыщенными, а первоначально матовая керамика - глянцевой и ярко-белой.

На моей тарелке трафаретом нарисованы контуры большой, пухлой рыбы и волн. Попадать кисточкой с текучей краской в нужные поля, не выходя за контуры, сложно, накладывать краску ровно – еще большая проблема. Но я стараюсь, параллельно не забывая развлекать собравшихся и расспрашивать их о жизни и работе.



Невозможная история, которая правда

Однако самое невероятное это то, что я получила своего лебедя и собственноручно расписанную тарелку. Как? Конечно, я не караулила сутками под дверьми фабрики. Мы обменялись с Имадом телефонами, и он пообещал, что ровно через два дня сувениры будут у меня в Тель-Авиве. С чувством тоски и грусти я покидала фабрику, мысленно прощаясь со своей тарелкой и птицей, максимум, планируя наведаться туда снова через пару дней, однако на практике этот план был практически неосуществим. - Ну выкинут они мое творчество в мусор и забудут. Чего еще от них можно ожидать. Примерно так я думала следующие два дня.

- Инна, привет, это Имад, - сказал мне в телефонную трубку через два дня мужской голос. Я уже в Иерусалиме, сейчас выезжаю в Тель-Авив и где-то через полтора часа буду около тебя. Говори адрес, куда мне приехать, чтобы отдать твои подарки.

Ровно через полтора часа мы сидели с Имадом на диване в лобби отеля Dan Panorama и он, с восторженными глазами, разворачивал из арабских газет мои поделки. Вначале я косилась по сторонам - зрелище для респектабельного отеля, в общем, не очень привычное, - а потом бросила это дело и просто начала восхищаться красотой его поступка.

Имад привез мне мою тарелку, причем покрытую дополнительным слоем глазури и тщательно отшлифованную, меланжевого лебедя и подарок в виде совершенно прекрасной вазы-рыбы для одного цветка.

Конечно, я допускаю, что добряк Имад мог навешать мне на уши лапшу, говоря о приезде в Тель-Авив в пятницу утром специально, чтобы отдать мне мои сокровища, однако та радость, с которой он дарил мне вазу и рассказывал, как обжигал тарелку, и как старался, чтобы мне понравилось, и как пытался выгравировать на лебеде мое имя, но потерпел неудачу, говорили об обратном.

Путь Имада из Хеврона в Тель-Авив был не самым коротким: вначале он направился в Вифлеем, оттуда - в Иерусалим, где оставил машину, а затем, пройдя через КПП, сел на маршрутку в Тель-Авив. От автобусной станции добирался до отеля на такси. Вся дорога из Хеврона в Тель-Авив заняла у Имада более 4 часов. Для сравнения, я доезжаю до первой столицы Иудеи за полтора.

Мне стоило больших трудов уговорить его взять шоколадку и какие-то деньги, чтобы хотя бы компенсировать его расходы на дорогу - мы спорили минут 10. На прощание Имад сказал непререкаемую истину о том, что новые друзья - намного важнее и дороже времени и денег, и пригласил приезжать в гости на фабрику в любое время.
И нет, предупреждая вопрос большинства, никаких больше предложений кроме приглашения приезжать на фабрику, Имад не сделал.

10.03.2011. "Окна", приложение к газете "Вести".


Бонус для читателей ЖЖ, не вошедший в газету. Собственно, сами сокровища:


Кот Габи отказывался слезать со столика, поэтому получилась композиция "Тарелка с рыбой на фоне кота, поедающего тряпичную мышь".




Вазочку я честно подарила маме, спасая ее таким образом от лап скотинки.
трогательная история.
А на какой фотке сам Имад?
Имад руководить процессом выдувания стеклянного пузыря на третьей фотографии сверху :)
Ну все таки, что вышло из пузыря-вазочки?
Если честно, ничего. Оно было настолько кривым, что даже отказывалось стоять :))
Это правильно:в кошкиных лапах лучше тряпичная мышь, чем стекляная рыба:)
Будешь в наших краях - заезжай.
Кстати, собираюсь вот буквально в ближайшем будущем. Дам тебе знать, буду рада.
Если бы все были такими как вы с друзьями, тогда не было бы войн.
Спасибо за интересный пост!
К сожалению, таких историй очень мало. У меня вот можно по пальцам руки пересчитать. А жаль.
может тебе сразу на 4 языках писать?
Не могу на четырех :) Могу на трех с половиной.
А ты что вообще имел ввиду? :)
Ты, случаем, не собираешься заодно заняться производством сувениров ?! :) Говорят, прибыльное дело :)
мне очень нравится эта история, Инна:) Вы вообще молодец:)
Спасибо, Юля :) История действительно чудесная. Я до последней минуты не могла поверить и все ждала какого-то подвоха в виде приглашения "в нумера".
текст слегка восторженно-глуповат, но для бабушек сойдёт ;-)
Инна, интересный репортаж!
Тарелка и лебедь симпатичные. Но Рыбка - выше всяких похвал! :-)
К сожалению, такие события, как сегодняшние ночные, убивают любой оптимизм и желание диалога. Увы. Но все равно оптимистом быть лучше :)
Рассказ замечательный. Да, жаль, что "не все такие, как мы с вами и вот он".

"Хевронское стекло", которое они делают, само по себе забавно, но жутко аляповато, почти халтурно. Никакого сравнения с чешскими или уральскими стеклодувами. Однако ради мира и добрососедства я готов превозносить работу этих ребят... и потом, это было бы не такой уж ложью - пусть аляповато, зато симпатишно и с душой.